Литва
Города
Библиотека
Культура
Литовский язык
Полезное
 
            Euromapa.net
 
 

НАРОДЫ ЛИТВЫ

 

 

НАРОДЫ ЛИТВЫ

 

 

 

Народы Литвы - Караимы

А вы знаете , что в Литве до сих пор живут потомки личной охраны самого князя Витаутаса? Не знали?
караимы народы литвыЕсли вы будете в славном городе Тракай- обязательно прогуляйтесь по улочке Караиму ( Karaimu gatve). На этой улице в далекие далекие времена селились караимы. Во время прогулки  вы обязательно обратите внимание на караимские дома, у которых всегда три окна : одно для Бога, второе для князя Витаутаса и третье для самого караима. J Так кто же они?
Караимы (караиты) в переводе с древнееврейского «чтящие», «почитающие»или же « Читающие»— первоначально была секта в иудаизме, созданная во второй половине VIII века н.э. Ананом Ганаси бен-Давидом в Багдаде. Постепенно караимизм находит распространение в еврейской среде. Особенностью его приверженцев является отрицание Талмуда при почитании Ветхого Завета. С XIV века письменные источники уже фиксируют караимов в Крыму.
Этимология слова караим связано гебраическим корнем КАРА ( ивр.-читать), связанного со Священным Писанием. Образованная от него форма причастия «карай» ( читающий) во множественном числе имеет форму «КАРАИМ» ( читающие»
В мире около 22000 караимов, основная страна их проживания — Израиль

Караимы в Израиле

Караимские общины существуют на территории современного Израиля с 9 века. В современном Израиле, ккараимы литвыараимы рассматриваются, как религиозное течение внутри единого еврейского народа. Согласно израильскому "Закону о Возвращении" лица караимского происхождения (включая внуков караимов), имеют право на репатриацию и получение израильского гражданства на равне с евреями. Большинство караимов прибыло в Израиль из Египта, а так же Ирака и Турции, после 90-х годов 20 века.
Караимская община официально не признана государством, но имеет свой независимый религиозный суд, юридический статус которого в рамках законодательства государства Израиль не определён. В последние десятилетия в общине наблюдаются два встречных процесса: светская молодежь ассимилируется израильской культурой, не ассоциируя себя с отдельной караимской общностью, с другой стороны община активно принимает прозелитов из числа израильских евреев, разочаровавшихся в талмудической форме иудаизма.

Караимы в Польше

В современной Польше проживает около 100 человек караимского и смешанного происхождения. Это караимы или потомки караимов из Литвы и Западной Украины, репатриировавшихся в Польшу из СССР после Второй Мировой войны, в качестве бывших польских граждан.  Современные караимы Польши воспринимают себя этническим сообществом и утеряли, в большинстве, свою религиозную самоидентификацию. Действующих религиозных общин нет, хотя формально существует Караимский религиозный союз Польши. В последние годы значительно вырос интерес молодежи, имеющей караимские корни, к своей истории и культуре.

Караимы во Франции

Франция была одним из основных центров эмиграции крымских караимов после Октябрьской революции. В конце 30-х годов, их численность оценивалась в 300 человек, проживавших в основном в Париже, Ницце и Марселе. После войны, караимы Франции были подвержены ассимиляции со стороны русской общины и французского большинства, и стали иммигрировать в  США, Канаду и Великобританию. В современной Франции общую численность караимов можно оценить в несколько десятков человек, в основном это пожилые люди, караимы литвыпроживающие в Париже. Организованных общин и караимских организаций нет. Верующие караимы Франции в основном придерживаются православия или католицизма. Караимы старшего поколения, поддерживают активные связи с караимами в Украине и России.

И, наконец, самое интересное – Караимы в Литве.
В 1399 году великий князь Литовский Витаутас (Витовт, Витольд) после своего победоносного похода в Крым в конце XIV века перевёз в Литву около четырёхсот караимских семей и  расселил их вокруг своего замка. Караимы составили личную охрану князя Витаутаса, а также охраняли западные границы Литвы от немецких рыцарей.  Переселение караимов в Литву продолжалось вплоть до  XV-XVI вв.
Хотелось бы добавить , что все князья литовские, начиная с Витаутаса, очень хорошо относились к караимам. Великолепные воины, прекрасные всадники, караимы отлично дополнили войско князя. Не зависящие ни от кого, кроме своего правителя, неподкупные караимы оказались самыми надежными стражниками и составили всегда личную гвардию князя Витаутаса.
 По роду занятий они образовывали две группы - гражданские и военные. Военным было доверено охранять мосты и замки.
Гражданские занимались мелким ремеслом, торговали, были переводчиками, писцами, земледельцами. Караимы единственные из нехристиан в великом княжестве литовском пользовались всеми выгодами караимы литвыМагдебургского права.


О
сновным местом их поселения в Литве стал Тракай, резиденция князя Витатуаса Великого. Позже караимы стали селиться в Паневежисе, Вильнюсе и других городах Литвы, где они обживались и строили кенассы.
Кенасса- это молитвенный дом караимов, называемый обычно караимской синагогой, сами караимы называют «кенаса» («кенеса», «кенасса»). По планировке и обстановке кенасы близки к синагогам иудеев-раввинистов.
Все караимские кенассы имеют ориентацию с севера на юг.
С середины19 века  в Тракай начало действовать Духовное управление караимов.
В Вильне в 1913-14 годы стал выходить журнал на русском языке «Караимское слова», в межвоенные (1924-39) годы — журнал на польском языке «Mysl Karaimska» («Караимская мысль».
В 1988 году было создано Общество культуры караимов Литвы. В 1989 году вТракай состоялся первый Международный съезд караимов Караимская религиозная община законом «О религиозных общинах и сообществах» причислена к девяти традиционно существующим в Литве религиозным общинам, составляющим часть исторического, духовного и социального наследия. Караимской общине предоставлены права юридического лица и возвращена кенасса в Вильнюсе.
А в 1997   прошли торжества 600-летнего юбилея поселения татар и караимов в Литве. Была выпущена сувенирная монета из серебра  достоинством в 50 лит тиражом в 3000 экз
караимы народы литвыВ 98-99 в Вильнюсе был издан караимский молитвенник в двух томах: тексты одного используются в ритуалах литургического года, второго — в домашнем обиходе.
В современной Литве проживает менее 250 караимов в трех городах : Вильнюс (ок. 150 чел.), Тракай (менее 50 чел.), Паневежис (менее 30 человек). Имеются действующие караимские храмы -кенассы в Вильнюсе и Тракае, функционируют караимские кладбища.
В Тракае действует Караимский государственный этнографический музей. Иногда  издаются книги по караимской тематике на литовском языке или с паралельным текстом на литовском и караимском  языках. Издан полный караимский молитвослов на караимском языке. Современная караимская община Литвы ведет активную культурную и общественную работу.
Караимизм - одна из 5 официально признаных религий Литвы.

Язык караимов.

Язык караимов близок к крымскотатарскому и относится к тюркским языкам. караимы  литвыВыделяются исторически сложившиеся диалекты: тракайский, галицко-луцкий и крымский, а также малоизвестный дрезденский. Функционирует в быту караимов Литвы и в литургии. Находясь в окружении языков иного строения (славянских и литовского) и лишённый контакта с родственными языками, сохранил архаичные черты, утраченные другими тюркскими языками, и относительную чистоту лексики (при незначительных заимствованияъ из литовского и польского). Ударение постоянное, обычно на последнем слоге. Письменность на основе латинского алфавита а также на основе кириллицы ( у  крымских караимов) .

  P/S Интересно! Знаменитая балерина Анна Павлова была караимкой.

 

 

 

К ОГЛАВЛЕНИЮ

 

Народы Литвы - Литовские татары

Историко-этнографический очерк.
народы литвыНа исторических землях Великого княжества Литовского в течение шести столетий проживает этническая группа восточного происхождения, традиционно называемая "татарами". Установить точное время первоначального поселения мусульман на землях ВкЛ не представляется возможным, хотя появление их на этой территории можно связывать с приграничными столкновениями Литвы с Золотой Ордой в первой половине XIII в. (1238–1239), когда Литва стремилась подчинить своему господству земли Смоленщины и Черниговщины. В ходе подобных столкновений татары, несомненно, попадали в плен, и их могли привозить в Литву в качестве пленников. Однако, не располагая конкретными историческими данными, трудно утверждать, что татары именно с этого времени начали селиться на землях ВкЛ.
Данная этническая группа, получившая в дальнейшем название литовских татар, т.е. тюрков-мусульман, осевших в ВкЛ, поступивших на службу, наделенных пожалованной землей, и в силу этого, как и другие местные служилые люди, обязанных ходить на войну по приказу великого князя, формируется с конца XIV–начала XV в.
Причины переселения татар на земли Великого княжества Литовского были чисто политическими – распад Золотой Орды, а также внутренняя борьба за власть, продолжавшаяся и после образования независимых ханств. Миграции способствовали и приграничные столкновения с татарами.
Переселившись на территорию Великого княжества Литовского еще в XIV–XV вв., татары в течение двух столетий смешивались с местным населением в языковом отношении, переживая вместе с ним все исторические перемены, интегрируясь в их культуру, но при этом отчасти сохраняя свою самобытность, а самое главное – религию (ислам), которая и позволяет говорить о литовских татарах как особом этноконфессиональном образовании.

литовские татарыТюркские языки, на которых говорили поселившиеся в ВкЛ татары, довольно быстро начали выходить из употребления. Анонимный автор документа «Рисале - и татар - и Лех» уже в 1558 г. указывал на то, что некоторая часть его соплеменников «покинула свой родной язык и употребляет польский». О быстрой утрате языка литовскими татарами свидетельствуют и другие источники XVI в. Так, в рукописи Луцкевича содержится высказывание на белорусском языке, из которого видно, что оно относится к тому времени, когда процесс языковой ассимиляции татар еще не завершился, но среди татар уже были лица, не знающие своего родного языка и владеющие белорусским: «Кали па татарску не вмейе то па руску нехай абракаеца». Приведенный совет находится среди текстов наставлений о молитве и обращен к законоучителю мусульманской религии.. Основываясь на различных имеющихся сведениях, можно считать, что основная масса литовских татар уже в конце XVI в. не говорила на родном языке (одном из тюркских диалектов).

Причины, способствовавшие быстрой утрате татарами языка, обобщены в работах многих исследователей. Среди основных причин гибели языка следует назвать смешанные браки мусульман с христианками; социальную разнородность литовских татар, их немногочисленность, изолированность от родного края, а также отсутствие интердиалектного варианта языка для обслуживания религиозных обрядов. Ислам, являясь объединяющим началом всего татарского, опирался на арабский, не понятный для татар, и не мог, таким образом, способствовать сохранению родного языка.
Таким образом, живя в течение столетий рядом с белорусами, поляками и литовцами, это изначально разнородное в этническом и культурном отношении население не смогло сохранить свою этническую и языковую самостоятельность. К XIX в. они в большинстве своем перестали считать себя татарами: «Мы не татары, но шляхта мусульмане, – говорили они, – и татарами нас называют только крестьяне».. Очевидно, что интеграции переселенцев в единую этноконфессиональную группу способствовали общая религия – ислам, общий язык – старобелорусский, а также общие права и обязанности.
Прибывшие из кыпчакских степей и Крыма татары принесли с собой особую культуру. Под влиянием факторов западноевропейской цивилизации данная культура видоизменялась и приобретала новые черты. Особенности культурного наследия литовских татар следует искать в славяноязычной арабско-алфавитной письменности, оригинальной культовой архитектуре, колоритном фольклоре, самобытных традициях и обычаях. Культура литовских татар тем или иным образом всегда была связана с их религией – исламом.
Появление белорусских текстов, писанных арабским письмом в середине XVI в., а в XVII–XX вв. – и на польском языке, связано с историей лингвистической ассимиляции литовских татар. Она обусловила необходимость перевода на белорусский, а затем и польский языки религиозной литературы: сур Корана, непонятных литовским татарам арабских текстов молитв, легенд о пророке Мухаммеде. Кроме того, появление славяноязычных богослужебных книг, написанных арабским письмом, совпало по времени с Реформацией, когда у народов, входивших в состав ВкЛ, возрос интерес к своей истории, культуре, религии. Именно к этому периоду относится и первый польский перевод Корана.
Произведения литературного творчества литовских татар дошли до наших дней в виде рукописных сборников середины XVII–XIX вв. различного содержания. В книги (китабы) входят предания о жизни и деятельности пророка Мухаммеда, описания обрядов и ритуалов, основных обязанностей мусульман, нередко – библейские легенды, нравоучительные рассказы, иногда в них включаются восточные авантюрные повести. Существовали сборники (хамаилы) молитв на арабском и тюркских языках, где помещались также сведения по мусульманской хронологии, лечению болезней при помощи молитв, толкования снов. В так называемых теджвидах излагались правила чтения арабского текста Корана. Тефсиры содержали тексты Корана на арабском языке с подстрочным переводом (пересказом или комментарием) на белорусский или польский языки. Особую разновидность составляют сборники, названные С. Кричинским полукитабами, – в их составе обычно нет молитв, но тематически они близки к китабам, отличаясь от последних значительно меньшим объемом.
литовские татарыКитабы чаще всего хранились в мечетях или являлись достоянием более зажиточных татар и их семей. Перед первой мировой войной в каждом татарском поселении имелось несколько таких книг. Во время войны многие из них затерялись, и уже в послевоенный период китабы стали библиографической редкостью.
В известных рукописях XVII в. белорусские тексты являются преобладающими. В большинстве случаев увеличение количества польских текстов в китабах и хамаилах происходит за счет переводов с белорусского на польский. В XVIII – XIX вв. появляются китабы и хамаилы, которые можно назвать польскоязычными.
Известный славист Е. Карский отмечал, что арабско-алфавитные рукописи «дают много интересного материала для суждения о белорусском языке XVI – XVII вв. Если бы прочесть и исследовать все известные белорусские тексты арабским письмом, то очень может быть, нашлось бы немало весьма интересных особенностей языка, незаметных в памятниках, писанных традиционной орфографией. Из сказанного следует и другой вывод, что так точно передавать белорусские звуки могло только лицо, которое хорошо говорило, как природный белорус, на этом языке, значит, у него даже база речи применилась к местному произношению».
Несмотря на многократное копирование рукописей и их модификацию, а может, и благодаря этому, письменность литовских татар остается ценным источником разноаспектной информации. Выше было отмечено значение арабско-алфавитных рукописей для белорусистики. Не следует забывать и того, что существование арабско–алфавитной письменности способствовало сохранению культурных и религиозных особенностей литовских татар, не позволило им полностью ассимилироваться. Традиционная письменность несла в себе историческую память прошлых лет, поддерживала традиции и обычаи в мусульманских семьях. На протяжении веков она оставалась и единственным источником религиозной культуры мусульман Великого княжества Литовского.
Тесное переплетение обрядов узкоэтнического характера с общеисламскими чрезвычайно характерно для традиционной культуры литовских татар. Последнюю просто невозможно представить без исполнения таких мусульманских обрядов, как чтение Корана, молитв, раздача подаяния. Эти обряды являлись основным стержнем имянаречения, побратимства, свадебных торжеств, поминок, дня памяти умерших и т. д.; они проводились, как правило, в домашней обстановке во время званого обеда. Все вышеназванные обряды носили характер устойчивой традиции; их описание мы находим в художественной, историко-этнографической литературе, посвященной жизни татар.
Долгие годы государственного атеизма почти не затронули сферы бытовой, литовские татарысемейной обрядности литовских татар, в которой сохранялись элементы чисто исламской традиции и символики. Обряды продолжали существовать, приспосабливаясь к изменившимся условиям. Так, например, после того как в сер. XX в. была разрушена мечеть в Видзах (населенный пункт на территории совр. Белоруссии), для отправления религиозных обрядов священнослужителей-имамов стали приглашать в дом. Местом общего сбора мусульман стали и так называемые съезды, или «мусульманские фесты». Проходили они в летний период, начинались со дня поминовения умерших на Видзовском мизаре (мусульманском кладбище) 31 мая и, обойдя круг, заканчивались в конце августа на Швенченском (на территории совр. Литвы) мизаре. В эти дни татары-мусульмане имели возможность не только помянуть своих близких и прочитать над их могилами заупокойные молитвы, но и пообщаться друг с другом. Такие собрания имели и важное социальное значение. После молитв и раздачи садаги (подаяния) на мизарах, татары собирались в домах или клубах, где могли не только сообща решать наболевшие и актуальные проблемы, но и ближе познакомиться друг с другом, заложить основу для образования новых татарских семей. Подобного рода мероприятия скрепляли общину изнутри и способствовали сохранению групповой идентичности, уменьшали риск ассимиляционных процессов и создания смешанных семей. Общими усилиями и средствами поддерживали в надлежащем состоянии имеющиеся мизары. История Видзовской мечети нашла свое продолжение в мусульманских «съездах», которые помогли сохранить приход в пределах старых трех уездов.
Нельзя не согласиться с мнением Р. Уразмановой отметившей, что существовал значительный слой общества, представители которого не признавали себя верующими мусульманами и в то же время неукоснительно совершали важнейшие мусульманские обряды и участвовали в их проведении. В этом исследователь видит вообще особый, исключительный феномен советской, да отчасти и постсоветской действительности, заслуживающий специального внимания и анализа со стороны социальных психологов, этнографов, историков и исламоведов. По сути дела, мы столкнулись со своеобразным явлением длительного существования и функционирования бытовой и обрядовой культуры, можно сказать, мусульманской по форме, но утратившей свое религиозное содержание. Этот вариант мусульманской обрядности отнюдь не свидетельствовал о духовном вакууме в народной литовские татарыкультуре. Под «крышей», казалось бы, формальных процедур находили себе спасение и укрытие остатки мусульманской духовности, веры, нравственности, религиозности в татарском обществе. Безусловно, это в значительной степени облегчило и ускорило этнокультурное возрождение общины литовских татар в последнее десятилетие. Социологические исследования, проведенные учеными Белоруссии, показали, что 78,8% белорусских татар придерживаются мусульманской обрядовости. Хотя у нас нет подобных количественных данных по Литве и Польше, согласно наблюдениям многих ученых, там сложилась аналогичная ситуация.
Особого внимания заслуживает развитие и изменение семейно-бытовой обрядности в новых, современных условиях. Так, проведенные в 2001–2002 гг. археографические исследования показали, что произошла легализация многих традиционных обрядов свадебного, погребально-поминального цикла. Литовские татары открыто говорят о своих историко-культурных традициях, издавна формирующих образ жизни татарской семьи. И если в 70–90-е годы казалось, что такие традиции, как знахарство, магия и пр., остались в далеком прошлом, то исследования последних лет, проведенные автором данных строк, свидетельствуют совсем о другом. Так, 78-летняя Танзилия Беганская (Швенченский район, дер. Милькунай) ведет календарь, в котором помечает все мусульманские праздники и лечит от испуга при помощи нусек (нуска, от араб. нусха – амулет, ладанка):
«То… и так помогало людям, и так помогало людям. Три раза покуриться надо. Нусочку напишу одну, вторую, третью. Там какие-то слова и я не с памяти, а просто с карточки выписала. В Неверишках был моей золовки мужик грамотный. Я от него выписала, и я людям очень помогала. Надо значит до восхода солнца и после захода слонца покуриться. Эту карточку положить на угольки и этого дыму поглотать, поплевать три раза и наотмашь выбросить эти угли. Так одна женщина, беременная, как стукнул гром, она как раз шла, она бригадиром здесь работала, полеводом. Она очень спужалася, очень боялась, чтоб не повредило на ребенка. Пришла, кленчила, просила, руки целовала, чтобы я ей выписала. Кто-то ей сказал, что я от спужания пишу. Я ей выписала нусочки эти. Она три разы покурилась. Я от нее только рубль взяла, она мне боли давала. Я ей говорю: Мне не надо, мне этих заработков не надо, пусть только поможет тебе и твоему ребенку. И что вы думаете, я ее видела, уже дочка взрослая, говорила, все хорошо, я тебя никогда не забуду, Таня, на меня. Я тебя народы литвыникогда не забуду. Я по паспорту Танзиля по-татарски, а так Таня и Таня все называют. Вот, говорит, и девочка моя здоровая, и я стала здоровая. Ты мне очень помогла» (отрывок из интервью автора).
Систематические исследования в данной области помогли бы зафиксировать и сохранить богатое, но постепенно исчезающее культурное наследие литовских татар.
При обращении к культурным особенностям литовских татар нельзя обойти вниманием и их оригинальную архитектурную традицию, которая проявляет себя, в частности, в постройках мечетей. Первая из них была сооружена в XIV в. во Львове. Видимо, мечети появлялись вслед за первыми татарскими поселенцами уже в самом начале XV в. Однако источники подтверждают их существование лишь с XVI века (Ласосна 1539 г.). О наличии мечетей в Троках, Вильно, в дер. Сорок Татар, в Прудзянах, Новогрудке, Гродно, Давбутишках, Плешевичах, Остроге, Чехрыне пишет анонимный автор «Рисале» (1558 г.). Несколько мечетей упомянуто в трактате П. Чижевского «Альфуркан…» (1616 г.). Ценную информацию содержат работы турецкого историка Ибрагима Печеви (20-е годы XVII в.) и церковные источники. Опираясь на них, можно предположить, что в XVII в. на территории Великого княжества Литовского существовало 20 мусульманских храмов. В XVII–XIX вв. в результате войн, передела территории государства и миграций литовских татар появляются новые места проживания татар и новые мечети, а некоторые старые исчезают.
В 1914 г. на былой территории ВкЛ насчитывалось 25 мусульманских мечетей (без Волынских и Подольских земель, по которым данные отсутствуют), из них пять было уничтожено во время первой мировой войны. История мечетей довольно подробно рассмотрена в работах А. Вороновича и С. Кричинского. Последний составил список мечетей с 1800 г., который не был дополнен или критически переработан вплоть до появления новейших исследований в 90-е годы XX в.
Основным материалом для возведения мечетей у литовских татар было дерево. Только во второй половине XX в. появляются каменные застройки (мечеть в Минске и в Каунасе). Можно выделить четыре архитектурных типа культовых сооружений, различающихся по форме и структуре крыш:
      – квадратная или прямоугольная постройка с двускатной крышей (Троки, Лукишки, до 1866 г., дер. Сорок Татар);
      – прямоугольная постройка с четырехскатной крышей и удлиненным гребнем (Ловчицы, Осмолово);
      – крыша четырехскатная с гребнем (Мир, Клецк, Ляховичи, Видзы);
      – постройка с двускатной крышей или трехскатной с небольшим минаретом на гребне; близка по форме костелу (Лукишки, после 1867 г., Райжай, Узда, Некрашюнай).
народы литвыПомимо дерева как основного строительного материала, назовем еще несколько характерных черт, присущих мусульманским храмам на данной территории. Во-первых, это деление молельного помещения на две части: женскую и мужскую половины. Деление могло быть поперечным или продольным. Интересно, что первое характерно для мечетей на территории Белоруссии, а второе – для Литвы. Во-вторых, два входа в мечеть – на женскую и мужскую половины. В-третьих, наличие деревянных скамеек вдоль стен для людей пожилого возраста и больных, которые не могут совершать намаз (молитвенный обряд) на полу. Первой и третьей особенностям можно найти соответствие и у казанских татар. Рядом с мечетью располагался и мизар.
В работе «Мечети и кладбища польско-литовских татар» находим описание 70 приходов и мечетей, существовавших на территории Великого княжества Литовского. Под пунктом 57 описана мечеть в Видзах, построенная в XIX в. и просуществовавшая до середины XX в. Пример этой мечети, имевшей статус «кафедральной», типичен для истории многих мечетей на территории Белоруссии и Литвы. Ее строительство связывают с возвращением польской армии из Франции в 1815 г. В составе польских частей был и татарский полк, который сформировал в 1813–1814 гг. поручик Самуил Улан. В полку имелся и свой имам. По возвращении полка в поселениях татар строятся и новые мечети: в Сельце (1815 г.), Ляховичах (август 1815 г.), в Студзянке (1817 г.), Видзах (перед 1819 г. формируется приход), Осмолове (первые приходские книги датируются 1834 г.). Мечеть в Видзах строится в течение 1860–65 гг.; по своему архитектурному типу она была подобна Лукишкской (с 1867 г.) и Некрашюнской. Мечеть имела двускатную крышу, минарет с полумесяцем, молельный зал, разделенный поперек на женскую и мужскую половины. На последней, где имелась галерея, находились минбар (род кафедры на возвышении для чтения проповеди) и михраб (ниша в стене, лицом к которой обращаются молящиеся и перед которой стоит возглавляющий службу имам).
Мечеть в Видзах становится центром прихода, насчитывающего к 80-м годам XIX в. около 600 правоверных. Мечеть сгорела во время первой мировой войны. После 1918 г. находилась на территории Польши. В 1927 г. в городке проживало 94 татарина, а в 1937 г. во всем приходе насчитывалось 750 прихожан. При мечети в Видзах и в Швенченисе имелись мизары. В 1927 г. был построен молельный дом, а в 1930–1934 гг. на месте сгоревшей мечети строится новая мечеть. Торжественное открытие мечети состоялось 15 июня 1934 г. Автор проекта неизвестен. После 1944 г. Видзы находятся в пределах Белоруссии, при этом основная часть правоверных прихода проживала к тому времени в Швенченисе (территория Литовской Республики). В послевоенный период мечеть была разрушена.
народы литвыС 1994 г. в Видзах действует мусульманская община. Возобновила свою деятельность и мусульманская община в Швенченисе, объединившая около 35 татарских семей. Для их нужд открыт молельный дом, имеются два мизара (в Швенченисе и в Милькунах).
Сегодня на территории Литвы находятся четыре действующие мечети – в Каунасе, Немежисе, Райжай и дер. Сорок Татар, а также несколько молельных домов. При мечетях созданы и действуют воскресные школы, в которых татарские дети имеют возможность познакомиться не только с основами религии, но также с татарской историей, культурой и языком. При посредничестве турецкого посольства в Литве преподается и турецкий язык. Надо отметить, что, несмотря на все созданные условия, посещаемость и заинтересованность в курсах оставляют желать лучшего. Молодежь охотнее изучает английский, немецкий языки, т. к. в силу открытости границ появилась возможность получить хорошо оплачиваемую работу за рубежом. Наблюдения показывают, что интерес к историческим корням напрямую зависит от ориентации в семье. Если там придается значение воспитанию «этнической сознательности», то и дети охотнее откликаются на предлагаемые им курсы, читают литературу и пр.
Еще одним из сохранившихся (хотя и не в полном объеме) элементов культуры литовских татар следует считать традиционную национальную кухню. Ей присущи самобытность, разнообразие, дошли до наших дней и тюркские названия кушаний. Принято выделять блюда традиционные, которые готовились по пятницам и праздничным дням, и обрядовые. Повседневная кухня не многим отличалась от бытующей у соседей-христиан, за небольшим исключением – татары чаще употребляли в пищу мясо. Такая традиция уходит своими корнями в далекое прошлое, когда они занимались по преимуществу скотоводством. Татары отдавали предпочтение таким сортам мяса, как баранина, говядина, гусятина. Они всегда строго придерживались требований шариата – в меню никогда не включалась свинина. В отличие от своих собратьев – казанских и крымских татар, поселившиеся в ВкЛ отказались от употребления конины. Литовские татары знали и использовали такой метод сохранения мяса, как вяление. Данную традицию они переняли у османских турок во время своих поездок в Османскую империю в XVII–XIX вв.
К одним из основных пятничных и приготовляемых по праздникам блюд следует отнести пельмени («колдуны»). По форме и способу приготовления они ближе всего к узбекским мантам. Их разновидностью можно считать казанские пельмени (разновидность пирожков) и чебуреки крымских татар и азербайджанских турок.
К другим сохранившимся традиционным блюдам относятся беляши (круглый маленький пирог с яблочной или мясной начинкой), перекачвеник (пирог из слоеного теста), джайма (небольшие блинчики, которые раздают участникам похоронного обряда), гальма (разновидность халвы), бульон с лапшой и галушками, компот «Ашуре», медовый взвар сыта. Традиционный напиток тюркских народов, кумыс, литовскими татарами никогда не употреблялся.
Причисление себя к определенной группе людей Л. Гумилев называл нашим обоюдным стремлением друг к другу. Если нас тянет друг к другу, мы хотим общаться между собой, то мы можем себя называть и считать татарами даже тогда, когда более 400 лет не говорим на родном языке, недостаточно глубоко знаем татарскую культуру и слабо придерживаемся религиозных законов. Это верно потому, что мы все имеем сходное этническое сознание, которое формировалось в течение столетий проживания на одной территории, поддерживалось общностью культуры, религии и принятыми языками общения: белорусским, литовским, польским, русским.
На протяжении всей своей истории, с момента поселения на территории Великого княжества Литовского и до сегодняшнего дня, литовские татары прошли вместе с остальными проживающими здесь этническими группами через периоды застоя и взлета этнического самосознания. В годы взлетов, как это было в начале XVII или XX в., возрастал интерес к своим историческим корням, культуре, крепло стремление к единению. Во времена застоя включались центробежные процессы, когда каждая татарская семья замыкалась в себе, стремясь ничем не отличаться от соседей. Отсюда и появление тезиса: «Мы не татары, но шляхта мусульмане, и татарами нас называют только крестьяне».
И хотя прошло не столь уж много времени со дня восстановления независимости Литвы, можно отметить серьезные изменения в самосознании литовских татар. На волне национального возрождения и демократизации общества татарская община пережила значительные трансформации. Однако в самое последнее время все чаще можно услышать тот же тезис XIX в. (приведенный выше), правда, в несколько иной редакции: «Мы белорусы, литовцы, поляки татарского происхождения». Что это? Смысл обоих утверждений близок, лишь формулировка разная. Это как нельзя лучше показывает происходящее внутри общины в условиях почти полной интеграции в доминирующее большинство. Выжить и сохранить свою идентичность в данной ситуации могут помочь только сплоченность, заинтересованность друг в друге, в общей истории и культуре. Работа созданных на территории Литвы татарских национальных обществ (их уже пять) развивается именно в этом русле. И только время покажет, насколько данная деятельность будет успешной, сможет ли маленькая этническая группа сохранить свое «лица необщее выражение» на протяжении еще ряда столетий. Было бы жаль, если бы самая древняя в Европе славяноязычная группа мусульман исчезла без следа.


Галина Мишкинене,
доктор гуманитарных наук,
доцент Вильнюсского университета


Подробнее о татарах Литвы см. статью того же автора «Очерк истории и культуры литовских татар»
(журнал «Диаспоры», 2005, № 2, с. 40-62).

К ОГЛАВЛЕНИЮ

 

Литовский Иерусалим или "Иерушалаим де Лита".

Литовские евреи.

Продолжая рассказ о народах, населяющих Литву, мы хотим вам рассказать евреях или литваках, как их еще называли  в Литве.
Литовский Иерусалим – так называли и поныне называют Вильнюс.  Почему? Существуют различные легенды, повествующие о том, почему именно этот город заслужил это священное имя. Рассказывают, что Наполеон, увидев множество синагог, воскликнул: "Так это Иерусалим в Литве!"

евреи литвыДругая легенда связывает возникновение этого названия не XIX веком, а с XVII-м. Как будто руководители еврейского совета - Ваада четырех земель, не пожелавшие принять представителей Вильны в свой орган, получили послание, в котором были перечислены 333 виленских еврея, знавших Талмуд наизусть. И тогда один из мудрецов Ваада воскликнул:"ведь это настоящий Иерусалим нашего галута".

Все это легенды. Но, тем не менее, в них немало истины. Так или иначе имя Иерусалима надолго пристало к Вильнюсу. Выдающийся еврейский историк Шимон Дубнов писал, что Вильна является для него не только "литовским Иерусалимом", но и Иерусалимом всего еврейского рассеяния.

А известный  ученый-филолог Макс Вайнрайх, оценивая роль виленского еврейства, сказал: "Это не преувеличение: судьба мирового еврейства зависит от того в какой мере евреи Иерусалима, Москвы, Буйнос-Айреса и самое главное, Нью-Йорка пропитаются духом "литовского Иерусалима".


Так где  же корни этой истории? Не смотря на легенды, первое официальное упоминание о еврейской общине Вильнюса  относится к 1568 году, когда евреям, проживающим в Вильнюсе, было приказано платить подушный налог. Следующее упоминание относится уже к февралю 1633 года, когда вильнюсским евреям был дарован ряд привилегий. В этом историческом документе перечисляются их права и привилегии, согласно которым они имели право заниматься торговлей и  любыми ремеслами. Но места их проживания в городе ограничивались.

Вильнюс – город традиционного еврейства. Городская община издавна славилась своими духовными вождями.литовские евреи Уже в первой половине XVII века в Вильне имелось сорок известных раввинов, в то время как еврейское население города не превышало тогда 2 тыс. 500 человек.

Шаббатай Хакоген, Аарон Шмуэль Кайдоновер, Моше Ривкес уже задолго до Виленского Гаона принесли этому месту славу города мудрецов. Но деятельность Гаон Элияху Бен – Шломо Залмана (1720-1797) придал качественно новый статус: Вильна стала неоспоримой столицей еврейства.

И после смерти Гаона его имя осталось навечно сочлененным с Иерусалимом, символом еврейского Вильнюса. На его могиле, словно у Котеля (Стены Плача), евреи оставляют записки со своими самыми сокровенными желаниями.

Известный израильский историк профессор Бен Цион Динур однажды признался в совершенном некогда грехе: он взял с могилы несколько записок, чтобы прочесть их. В одной из них было написано:"Молюсь Вс-вышнему и прошу о том,. чтобы дал мне счастье выбирать для чтения хорошие книги".

"Из этой записки, - писал Динур, - пахнуло своеобразным духом Вильны, очарованием присущим только этому городу".

И после Гаона в Вильнюсе было немало мудрецов мирового масштаба. И среди них ученик Виленского Гаона основатель знаменитой воложинской ешивы "Хафец Хаим".

В первой половине 17 века  еврейская община в Вильнюсе значительно увеличилась, сюда стали перебираться евреи из Праги, Франкфурта ,Польши, многие из которых были видными учеными.
В начале 17 века город стал одним из главных мест подготовки раввинов, центром изучения Торы и  еврейской культуры в целом. В этом отношении литовские евреи  занимали особое место в еврейском обществе. Литваки составляли небольшой процент от населения Литвы, но они сильно выделялись  свои рациональным и интеллектуальным подходом к образованию и духовности.

Чтобы понять значимость данной культуры, достаточно сказать,что до катастрофы в Вильнюсе было около 110 синагог и клойзов (молитвенных домов) и не менее десяти ешив. Одну из ешив возглавлял Исраэль Салантер (Липкин) - основоположник движения "Мусар".

литовские евреиВысоким уровнем отличалось всегда издательское дело. Издательство семьи Ромм печатало не только молитвенные книги. Здесь был подготовлен и издан Талмуд такого уровня, что иметь это издание почитали за честь евреи в любом уголке мира.

В Вильнюс к его книжным сокровищам, прежде всего в библиотеку Страшуна, приезжали ученые из разных стран, движимые стремлением именно здесь, в Вильне, обновить идеи, обрести вдохновение для творчества. В этой библиотеке на длинных скамьях сидели рядом учитель Торы в широкой шляпе, углубившийся в толстый фолиант, и юноша без пейсов с энтузиазмом читавший последнюю книжную новинку.

Профессор Динур усматривает в этом ощущение еврейского братства."Не было у еврейского народа другой такой общины, в которой бы это чувство было столь сильным как в Вильнюсе", - утверждал знаменитый ученый.

Впрочем, не только мудростью и ученостью славились обитатели "Литовского Иерусалима". Вильнюс претендовал и на звание столицы еврейского юмора, тем более что один из "королей" этого жанра Мотке Хабад никогда не покидал город.

А когда в XIX веке наступили новые времена, возникло Еврейское просвещение – Хаскала, в Вильне расцвела еврейская культура как на самом иврите, так и на идише. В городе возникла разветвленная система образования, начиная от детских садов и заканчивая гимназиями и учительскими семинариями на обоих языках.

На идише здесь была издана и классика мировой литературы. Был основан Еврейский научный институт, известнейшее учреждение еврейской науки. Дубнов увидел нечто символическое в том факте, что в 1925 г. был открыт Еврейский институт, и том же году в Иерусалиме основан Еврейский университет.

В Вильнюсе  действовало большое количество  еврейских обществ. Это были благотворительные, культурные, образовательные и политические организации. Вильну можно назвать и твердыней сионизма. Первые кружки палестинофилов "Ховевей Цион" были организованы именно здесь. В "литовском Иерусалиме" был заложен фундамент религиозной сионистской организации "Мизрахи", на долгое время ставшей одной из самых значительных сионистских партий.

евреи литвыГитлеровская оккупация практически уничтожили  еврейскую общину Вильнюса. Одно из самых страшных мест уничтожения евреев  - это Паняряй . Здесь погибло около 70 тысяч евреев из Вильнюса и его окрестностей.
С 6 сентября 1941 года в Вильнюсе действовало два гетто – Большое и Малое.
Малое гетто находилось на территории средневекового еврейского гетто и включало в себя улицы Жиду, Гаоно, Стиклю. В нем проживало около 11 000 евреев. Гетто просуществовало менее двух месяцев. Все обитатели этого гетто были расстреляны .
В состав Большого гетто вошли улицы Страшуно, Ашменос, Месиню, Лигонинес, Шяулю, Диснос и Руднинку, а улицы Пилимо, Лидос, Вокечю, Арклю и Кармелиту стали границами гетто. Был создан еврейский совет , решавший вопросы жилья, санитарии, рабочей силы.
Несмотря на весь ужас, гетто продолжало бороться.
24 апреля 1942 года был основан театр гетто. Ставились спектакли, проводились литературные вечера, детские праздники. В гетто был симфонический оркестр, два хора. В гетто действовали больница, амбулатория, скорая помощь. Работали техникум, школа, детский сад, приют, библиотека. В 1942 году в гетто была создана Объединенная партизанская организация, которая установила связь с советскими партизанами, действовавшими в Литве.
Большое гетто было ликвидировано 23 сентября 1943 года. Подавляющее большинство узников было вывезено в концентрационные лагеря на территории Эстонии и большая часть из них там была уничтожена.
После страшных времен  войны еврейская жизнь в Вильнюсе начала возрождаться. Начинали действовать интернаты для детей-сирот, начальные и средние школы, детские сады. Был открыт Вильнюсский государственный еврейский музей. Проводились литературные вечера, концерты, действовали еврейские организации.
Но в 1948 году были запрещены все без исключения еврейские культурные институции. Многие из деятелей культуры были репрессированы, был закрыт еврейский музей (1949), в 1950 году были закрыты детские учреждения.

В конце 1940-х годов было уничтожено старейшее в Вильнюсе еврейское кладбище на правом берегу реки Neris, существовавшее с 1473 года. На его месте позднее был построен Дворец спорта.
В 70-е годы гранитные плиты с еврейских надгробий были использованы в строительных работах. В частности, для лестниц центральной почты и горы Tauras, ограждений микрорайона Лаздинай. Часть могильных плит было передано похоронным бюро для переработки и вторичного использования.
В середине 60-х годов было уничтожено кладбище в районе Ужупис.

Сегодня в Вильнюсе живет не более 3 тысяч евреев. После восстановления независимости Литвы, установлен ряд интересных памятников и мемориальных досок, действует Еврейский музей имени Виленского Гаона, организовали  ряд государственных и общественных организаций.

Старая еврейская Вильна, уничтоженная нацистами, живет в книгах, памятниках и воспоминаниях, а ее дух все же не был утерян. Стремятся сохранить и даже приумножить славу "литовского Иерусалима" - наши современники – евреи Вильнюса.

 

Использованная литература:
Аграновский Г., Гузенберг И. Литовский Иерусалим: Краткий путеводитель по памятным местам еврейской истории и культуры в Вильнюсе. - Вильнюс: Литуанус, 1992.
Атамукас С. Евреи в Литве. XIV–XX века. Вильнюс: АО «Литуанус», 1990.

 

К ОГЛАВЛЕНИЮ

ПОЛЯКИ ЛИТВЫ

поляки литвыЛитва и Польша на протяжении многих веков  были тесно связаны друг с другом, и в наше время эти народы все также сильно переплетены между собой толстой  нитью истории:

В первой половине 19 века Вильнюс стал важнейшим центром польского романтизма. Наиболее выдающимся его представителем был Адам Мицкевич, которого иногда называют бардом средневековой Литвы. Адам Мицкевич во время учебы в Вильнюсском университете принял участие в организации антицаристского студенческого общества Филоматы.

Адам МицкевичУчастие в нелегальной деятельности привело его к тюремному заключению и, позднее, к ссылке в Россию (жил в Одессе, Москве и Санкт-Петербурге). После ссылки он, подобно другим польско-литовским политическим активистам, нашел убежище в Париже.

Эпические поэмы Мицкевича «Гражина» и «Конрад Валленрод» прославляли борьбу литовцев с Тевтонским орденом. История этой борьбы в романтическом изложении Мицкевича вдохновляла целые поколения поляков. В поэме «Пан Тадеуш» Адам Мицкевич провозглашает идею национального освобождения от царского гнета.


Несколько других видных авторов польского романтизма, в числе которых следует назвать Юлиуша Словацкого, Владислава Сырокомлю и Юзефа Игнатия Крашевского, учились и сформировались как писатели в Литве. В своих произведениях они широко использовали материалы, почерпнутые из литовской истории, мифологии и фольклора.


Юзеф ПилсудскийОдин из безусловно наиболее известных «литовских поляков» в мире политики – Юзеф Пилсудский (1867–1935), видный государственный деятель Польши и глава государства в период, предшествовавший Второй мировой войне. В ранней молодости Юзеф Пилсудский принимал активное участие в движении за независимость, зародившемся перед Первой мировой войной. Во время этой войны он стал одним из основателей Польских легионов.


Юзеф Пилсудский намеривался восстановить Речь Посполитую – федеративное государство, в рамках которого Литва и Белоруссия были бы связаны с Польшей. Таким образом он надеялся разрешить сложные территориальные проблемы, омрачавшие литовско-польские отношения, и вопрос принадлежности Вильнюса – города, который он очень любил.


После смерти сердце Юзефа Пилсудского было захоронено на кладбище Расу в Вильнюсе. Там сооружен монумент, который во время официальных визитов в Литву посещают государственные деятели Польши, отдавая дань памяти Пилсудскому.


Идеи Юзефа Пилсудского разделял Михал Рёмер (1880–1945), видный эксперт в области юриспруденции и ректор Университета им. Витаутаса Великого в Каунасе. Михал Станислав НарутовичРёмермечтал и пытался воплотить в жизнь мечту о единой родине для литовцев, белорусов, поляков и литовских евреев – возрожденном Великом княжестве Литовском.


Станислав Нарутович (1862–1932), политический деятель из Жемайтии (западной части Литвы), был энергичным глашатаем этой идеи. Тем не менее Нарутович стал одним из сигнаторов – лиц, подписавших литовскую Декларацию независимости от 16 февраля 1918 года, и был единственным среди них поляком.

Его брат, Габриэль Нарутович, учившийся в Цюрихе, позже вернулся в Польшу, где занял пост министра иностранных дел и затем стал первым президентом независимой Польши.


В мире музыки литовские поляки могут по праву гордиться Станиславом Монюшко (1819–1872). Монюшко родился недалеко от Минска, но значительный период его биографии и музыкального творчества тесно связан с Вильнюсом. Он и Фредерик Шопен являются важнейшими станислав монюшкопредставителями польского музыкального романтизма. Монюшко сочинил оперу «Галька» и был одним из основателей Польской оперы.


Скульптор Антони Вивульский (1877–1919) создал монумент в честь Грюнвальдской (Жальгирисской) битвы в Кракове и памятник «Три креста» в Вильнюсе. Вивульский также был известным архитектором.

Интересно прочитать: Рассказ Чеслав Милош и Томас Венцлова

 

 

Вильнюс как форма духовной жизни


Два поэта, литовец и поляк, выросли в одном и том же городе. Пожалуй, этого достаточно, чтобы они беседовали о своем городе — даже в печати. Правда, город, который я знал, входил в состав Польши и назывался Вильно, школа и университет пользовались польским языком…. Далее

 

Из книги ЛИТВА: сведения о стране, факты, цифры, полезная информация /сост. Арвидас Валёнис; пер. с англ. Бируте Синочкиной. Вильнюс : Artlora, 2005, с. 109-112.

В данных очерках спользованы материалы с сайта - www.vilnius.skynet.lt

К ОГЛАВЛЕНИЮ

Любое использование материалов сайта возможно только при размещении ссылки на него www.lituanistica.ru

Euromapa.net © lituanistica 2007-2016
Рейтинг@Mail.ru   Rambler's Top100   Сайт разработан в дизайн студии Studio-print